оридору. Ступайте осторожно: на полу раненые.
   - Ладно. Не задерживайтесь долго, - сказал он.
   Она вышла, когда Тэп начал натягивать летные сапоги.
   Елена прошла в небольшую комнату, где она жила вместе с двумя другими
  сестрами. Надела теплое пальто с вышитой на подкладке монограммой, сунула
  в карман шерстяной джемпер, перчатки, письма от родителей и несколько
  носовых платков. Погасив слабый синий свет, она вышла.
   В коридоре, где было столько человеческих тел, беготни, крика и стонов,
  никто не обратил на нее внимания. Она распахнула большие двери и увидела,
  что время близится к утру. Она не чувствовала усталости, но ей было
  неприятно, что она потеряла чувство времени. Работать так долго, работать
  для других, вместе с другими, утратив свое собственное чувство времени, -
  это значило быть в дурмане.
   - Это вы? - услышала она голос Тэпа.
   - Да. Ну как вы?
   - Раза два споткнулся о трупы, но все-таки добрался сюда.
   Тэп сидел на нижней ступеньке.
   - Здесь нам нельзя ждать, - сказала она. - Выйдем на дорогу дальше.
   Она поддерживала его под руку, так как он шагал неуверенно. Они
  остановились у вырванного с корнем дерева, рядом была огромная воронка от
  бомбы. Она помогла Тэпу сесть на поваленный ствол. Квейль мог подъехать
  каждую минуту.
   Они ждали около часа. Они не заметили, как Квейль и его спутники
  ставили бидоны в нескольких шагах от них. Они