.
   - Мы из восьмидесятой эскадрильи, - добавил Тэп. - А ваша семьдесят
  третья?
   - Да, - ответил лейтенант. - Что же вы делали?
   - Это Джон Квейль, - объяснил Тэп.
   - Вы! Значит, вы живы и здоровы? - воскликнул лейтенант. - А все
  считают вас погибшим. Вы настоящий герой. Что с вами было?
   - Я был сбит. Как насчет грузовика?
   - Они сейчас тронутся.
   - Вы можете дать знать в штаб, что мы едем? - спросил Тэп.
   - Связи больше нет. Но я сообщу. Я лечу туда. Эти негодяи только что
  разбомбили нас. Вы видели?
   - Да.
   - Мы потеряли самолет. Пойдемте, я скажу сержанту, чтобы он взял вас с
  собой.
   Они пошли обратно к грузовику. Лейтенант сказал сержанту, что с ним
  поедут эти двое.
   - С нами два грека и девушка-гречанка, моя невеста, - сказал Квейль.
  Ему было неловко, но он знал, что лучше сказать сразу, чтобы не было
  необходимости объясняться потом.
   - Уж не знаю, как быть с греками. Мы и так перегружены, - ответил
  лейтенант.
   - Нам пора двигаться, - сказал сержант. - Вы сейчас летите?
   - Да. Вот что, сержант. Захватите и греков. Они помогли этим офицерам
  выбраться из Янины. Придется довезти их. Скиньте что-нибудь, если
  перегрузка слишком большая. Ладно?
   - Да, сэр.
   - Ну, меня ждут, - сказал лейтенант. - На первом грузовике едет
  пилот-офицер. Это его "Харрикейн" горит. Он позаботится о вас. Даст вам
  что-нибудь поесть.