заметил Квейль.
   - Может быть, но скоро разобьют. Теперь пойду. Желаю вам счастья с этой
  девушкой. Она очень хороший человек, и другой инглизи тоже. Ну, иду.
   - Одну минуту. У вас есть провизия?
   - Нет, мне не надо.
   - Подождите, - возразил Квейль. - Я вам достану. Подождите здесь.
   Он подошел к грузовику, отыскал сержанта и попросил у него чего-нибудь
  съестного. Тот дал ему хлеба и чая. Квейль вернулся на то место, где
  оставил грека. Он стал смотреть по сторонам, но грека нигде не было видно.
   - Вы здесь? - тихо спросил Квейль по-немецки. Ответа не было. Он
  всмотрелся в темноту. Даже шагов не было слышно.
   Был только мрак и шум, доносившийся оттуда, где располагались
  остальные. Квейль крепче сжал хлеб в руке, повернулся и пошел к
  грузовикам.
  
  
  
  24
  
   Они снова тронулись в путь в длинной веренице грузовиков, тянувшейся
  так далеко, как только могло протянуть ее во тьме воображение. Их машина
  находилась отнюдь не в хвосте. Сзади шли другие грузовики,
  присоединившиеся к ним на перекрестках. Ехали медленно, с частыми
  остановками, которые сознание Квейля машинально отмечало, как переход от
  овладевавшего им сна, приятного тепла и чувства сытости к случайным
  обрывкам разговоров между австралийцами.
   В грузовиках были сплошь австралийцы. Раздавались взрывы смеха -
  смеялся Макферсон, который время от времени