только сообразил, что тот с
  самого утра не произнес почти ни слова.
   - Спроси, куда ему надо.
   Елена передала вопрос.
   Грек взглянул на Квейля и ответил:
   - Мне лишь бы доехать до города.
   - Вам надо остерегаться полиции, - заметила Елена.
   - Я буду осторожен, - ответил он.
   Теперь он чувствовал себя почти счастливым: быть так близко от дома -
  это даже лучше, чем попасть домой, как всякое предвкушение лучше самого
  обладания.
   - Он говорит, что его можно высадить в городе где угодно, - объяснила
  Квейлю Елена.
   Квейль просунул голову в кабину шофера.
   - Вы поедете прямо в город? - спросил он австралийца.
   - Да. Куда вас отвезти?
   - Надо будет высадить грека. Потом отвезете меня в штаб.
   - Где ваш штаб? В том же здании, где и наш?
   - Последний раз, когда я там был, он помещался в здании школы.
   - Я знаю, где это, - вмешался другой австралиец. - Кажется, он и теперь
  там.
   - О'кэй, - сказал шофер, и Квейль уселся на место.
   Они ехали вдоль побережья, по испытавшим неоднократную бомбежку улицам
  Пирея, имевшим пустынный и странно тревожный вид. Поднявшись на небольшой
  холм, они увидели в отблесках заходящего солнца Акрополь, и высокое здание
  церкви св.Марии, и зубчатую линию лесов, и белизну всего города,
  оттененную подпиравшими его черными горами.
   По сравнительно тихим улицам, - если не считать мчавшихся австралийских
  военных грузовиков, - они