- Вы собираетесь обвенчаться? - спросил он еще.
   - Да.
   - Желаю вам счастья и радости в семейной жизни. Передайте ему мой
  привет.
   - Спасибо. Всего доброго, - ответила Елена.
   - Прощайте, инглизи, - обратился грек прямо к Квейлю.
   Он уже стоял на мостовой и смотрел на них снизу вверх. Квейль прочел
  растерянность в его глазах и в складках лба, и борьбу чувств в чертах
  лица, и следы недоедания во всем его облике. Он помахал ему рукой.
   - Прощайте, - сказал Квейль.
   Грузовик двинулся дальше. Маленький грек стоял и смотрел им вслед. Он
  поднял руку. Елена села, а Квейль продолжал стоять в трясущемся
  автомобиле, смотрел на маленькую фигурку, уже подернутую белой пеленой
  дорожной пыли и стоящую одиноко на тихой улице, - смотрел до тех пор, пока
  грузовик не завернул за угол и она не исчезла из глаз.
  
  
  
  26
  
   Австралийцы остановили машину у школы, над которой развевался большой
  синий флаг с кругом посредине. У входа стояли два часовых в синей форме, с
  автоматами. Квейль поблагодарил австралийцев. Те не стали терять времени
  на разговоры, а только крикнули: "Всего", - и покатили дальше. Часовые
  отнеслись к Квейлю не без подозрения, вызванного его черным, израненным
  лицом, разорванной одеждой и Еленой. Они не позволили Елене подняться на
  крыльцо и войти в здание.
   - Пропустите ее со мной, - попросил Квейль, показывая свои истрепанные
  документы.