ко больно.
   - Так всегда говорят, - ответил Квейль.
   Он почувствовал, как Андерсон разрезает швы. Врач протянул руку, и
  сестра вложила в нее щипцы. Квейль почувствовал их осторожное
  прикосновение, потом подергивание при удалении первого шва. Он подскочил.
   - Потерпи же, черт возьми!
   - Нельзя ли переменить район действия? - спросил Квейль после того, как
  были быстро удалены еще четыре шва.
   - О'кэй, - сказал Андерсон сестре.
   Она была полная и толстощекая, и Квейль почувствовал округлость ее
  руки, когда она охватила его голову, накладывая на нее повязку и помогая
  снять рубашку. Андерсон выстукал ему грудную клетку и прощупал живот,
  спрашивая, не болит ли где. Квейль ответил, что нигде не болит, но
  чувствуется онемение возле колена. Андерсон согнул ему ногу и ощупал
  коленную чашку. Закончил он осмотром его руки.
   - Отведите его в ванную, - сказал он сестре.
   - Ну как? - спросил Квейль.
   - Все в порядке, - ответил Андерсон. - Необходимо хорошее питание и
  несколько дней отдыха.
   - Когда мне можно будет побриться?
   - Примерно через месяц, когда сойдут струпья. Только не сдирай их.
   - Я могу принять ванну на аэродроме. Вы ведь теперь там живете?
   - Примешь здесь, - ответил Андерсон.
   - Идемте, - позвала Квейля сестра.
   - Я сбегаю и принесу тебе обмундирование, - сказал Хикки. - Возьму из
  своего. Твои вещи отосланы в Египет.