пьян, чтобы следить за собой и
  испытывать какие-либо сомнения. Звуки рояля наполняли все помещение, но
  никто не обращал на них внимания, и все кричали, а несколько человек среди
  общего гама устроили на эстраде свалку, затеяв шуточную игру в регби; двое
  наблюдателей лежали по краям эстрады, а девицы из кабаре толпились у рампы
  и приветствовали состязающихся громкими криками.
   - Квейль! - воскликнул один из забавлявшихся, когда он вошел. - Иди
  сюда. Присоединяйся.
   - Нет, спасибо, - ответил Квейль и пошел искать Лоусона.
   У стойки сидел Хикки.
   - Нашел? - спросил Хикки.
   - Да, - ответил Квейль.
   Хикки слегка размяк под расслабляющим действием алкоголя.
   - Как ты ее вывезешь?
   - Она не хочет ехать.
   - Знаешь, Джон, всякий раз, как я на нее гляжу, она кажется мне совсем
  не похожей на других; у нее какое-то особенное лицо.
   - Да, - подтвердил Квейль.
   Хикки спросил, что он будет пить, но Квейль ответил, что ищет Лоусона;
  Хикки сказал, что Лоусон ушел по какому-то делу и придет позже. Тогда
  Квейль сказал, что выпьет пива, но Хикки заказал для него виски и с
  неумолимой настойчивостью заставил выпить.
   - Погляди на этих сумасшедших, - сказал Хикки устало.
   - Немного пересаливают.
   - Ни черта! - возразил Хикки. - Ты слишком строг, Джон. Ребята хорошие.
  Ведь они очень долго сидят без дела. Нет самолетов. Ни одного самолета на
  всю их братию.
   - Просто