попытку.
   - Можно мне воспользоваться машиной? - спросил он Хикки.
   - Я сам отвезу тебя. Может быть, нам удастся привезти ее сюда.
   - Очень хорошо. Спасибо, - ответил Квейль, и они простились с Лоусоном
  и поехали по автобусному маршруту.
   Когда они нашли дом, дверь открыла Елена. Хикки остался в машине. Елена
  взглянула на Квейля, как на чужого, и вежливо попросила войти. В зале
  стояли два маленьких фибровых чемодана. Квейль поглядел на них, потом
  быстро взглянул на Елену. Она словно окаменела и потеряла способность
  чувствовать, сдерживая себя страшным усилием воли.
   - Я уже собиралась ехать, - сказала она.
   Вошли родители.
   - Доброе утро, - вежливо сказал Квейль.
   - Доброе утро, Джон, - ответила г-жа Стангу, и он обратил внимание на
  родственный тон. Он понял, что это было согласие на отъезд Елены. Он опять
  почувствовал всю тяжесть происходящего. Он только глядел на всех троих, не
  в силах вымолвить ни слова. Елена надела шляпу с круглыми полями и
  остановилась в ожидании.
   - Мне очень жаль, что я причинил вам огорчение, - сказал Квейль.
   - Мы понимаем, - ответил отец Елены.
   - Как только все кончится, мы вернемся.
   - Да. Мы понимаем и рады за вас обоих.
   - Я буду ждать в машине, - сказал Квейль.
   Г-жа Стангу стояла с деревянным лицом и пристально смотрела на него,
  подобно тому как он сам смотрел на г-на Стангу накануне в конторе. Вдруг
  Квейль