- А еще?
   - А еще... Еще он был слишком прямой человек, чтобы уживаться со
  штабом.
   - Незаметно было, чтобы он что-нибудь принимал близко к сердцу.
   - Очень даже принимал. Ты помнишь Ричардсона?
   - Этого высокого?
   - Того, который был убит, когда спускался на парашюте.
   - Помню.
   - Ричардсон все принимал близко к сердцу. Но старался не показывать
  этого. Хикки узнал, что у него были неприятности с одной девушкой в
  Египте. И Хикки поехал в Каир, чтобы уговорить знакомого врача сделать ей
  аборт.
   - Как это непохоже на Ричардсона.
   - Почему?
   - Я не думала, что он такой легкомысленный, - тихо ответила она.
   Квейль улыбнулся.
   - Он был, пожалуй, самый лучший из нас. - И, продолжая улыбаться,
  добавил: - Несмотря на свое легкомыслие.
   - Всех их страшно жаль, - сказала Елена.
   Квейль умолк. Разнежившись на солнце, он закрыл глаза и погрузился в
  дремоту. Елена перешагнула через него и пошла в дом надеть платье и туфли.
  Вернувшись, она застала Квейля уже в кресле; он спал с открытым ртом. Она
  подняла носки, которые он снял, принесла ведро воды из колодца, вылила его
  в таз и выстирала их. Потом повесила их на сруб колодца, на солнце, а
  прежние сняла. Покончив с этим, села возле Квейля на песок и принялась
  штопать. Вдруг она услышала глухой голос Квейля.
   - Пример семейной добродетели, - сказал он, шутливо подмигивая ей.
   - Что? - спросила