вался от земли. Ему пришлось почти
  сразу войти в мертвую петлю, чтобы не врезаться в крутое возвышение на
  конце площадки, и он очутился прямо под брюхом "Юнкерса 87-В". Квейль чуть
  не задел его, увертываясь от огня, который тот открыл из заднего пулемета.
  Теряя скорость, он сделал петлю и прямо с ее вершины перешел в подъем. Тут
  он увидел целую вереницу пикировщиков, шедших почти по правильному кругу,
  и поднял нос самолета.
   Набирая спасительную высоту, он увидел, как другая группа пикировщиков
  атакует Суда-Бэй. Штук пятьдесят, подумал он и чуть не свернул себе шею,
  стараясь взглянуть, не пострадало ли хвостовое оперение. Он знал, что дело
  не так страшно, если только с пикировщиками нет истребителей. От
  пикировщиков можно увернуться, но выбраться из гущи истребителей не так
  просто, - в особенности, когда в пулемете нет лент. Поднимаясь, он видел
  разрывы бомб. На этот раз бомбежка была ожесточенная.
   И вдруг внизу, выделяясь на фоне розовеющей морской глади, с востока,
  почти прямо из солнца выскочила группа двухмоторных "Хейнкелей" или
  "Мессершмиттов-109". Квейль решил, что это "Хейнкели", возвращающиеся с
  налета на какой-нибудь другой пункт острова. Это его встревожило. Откуда
  такой интерес к Криту? Больше ста бомбардировщиков в поле зрения! За каким
  дьяволом они сюда слетелись? Бомбить аэродромы? Да, но обычно это служит
  прологом к чему-то другому. Может быть,