у. Квейль
  увидел несколько охваченных пламенем планеров: из них выскакивали люди, и
  пулеметный огонь косил их. Некоторым удалось укрыться за возвышением на
  северном конце площадки.
   Квейль и Тэп спустились в ров недалеко от пулеметного расчета, который
  вел огонь по северному концу площадки, где укрывалось большинство
  уцелевших немцев.
   - Ложитесь! - крикнул им кто-то.
   Пулеметные пули зашлепали по земле. Квейль и Тэп, пригнувшись, поползли
  по глубокому рву к пулемету.
   - Вы кто такие? - спросил их высокий русый шотландец-капитан в
  комбинезоне.
   - Из восьмидесятой эскадрильи.
   - Ваши документы.
   Ему приходилось кричать, так как при их появлении пулемет "Брена",
  содрогаясь на треножнике, снова открыл огонь.
   - А в чем дело? - спросил Тэп.
   - Да откуда же, черт возьми, я могу знать, что вы не парашютисты?
   Они вытащили документы. Он быстро просмотрел их и вернул.
   - Ладно, - сказал он. - Видно, что вы не немцы.
   - Из последней партии кому-нибудь удалось удрать?
   - Их там целый выводок, - на том конце площадки.
   Капитан говорил отрывисто, его движения были быстры и уверенны.
   - Мы потеряли там несколько пулеметов. Моя фамилия Манн, - прибавил он.
   - Это еще что такое? - спросил Квейль.
   Низко над аэродромом шла группа "Хейнкелей". Они подходили с северного
  конца, не открывая огня, пока не оказались почти над рвом, и тогда открыли
  огонь из