монтер
  выразил его собственное мнение. Ему хотелось, чтобы это мнение было
  подтверждено и выражено в словах.
   - Не знаю. Недостаточно снаряжения? - ответил монтер.
   Квейль покачал головой. Это было не то, что требовалось. Не то, что он
  хотел услышать.
   - Нет? - спросил техник.
   Квейль опять невольно покачал головой.
   - Нет, - сказал он. - Не только это. А как армия? Что вы думаете о ней?
   - Немного неповоротлива, - ответил монтер. - Но надежная. Делает, что
  приказано.
   Квейлю показалось, что он видит просвет.
   - А как вы считаете: ей приказывают то, что надо?
   Квейль понимал, что монтер боится быть откровенным с ним, и проклинал
  разделявшую их стену, которая мешает им искренно говорить друг с другом.
   - Иногда и не то, - ответил монтер. - Бывает, что наверху тоже
  ошибаются, вроде нас.
   Нет, подумал Квейль, это не то. Мне надо не это. Мне надо, чтобы был
  подведен общий итог и указан выход. Он кивнул монтеру, произнес какую-то
  вежливую фразу и побрел к казармам. Да, это было не то. Может быть, Елена
  поняла бы. Во всяком случае общую мысль она уловила бы. Господи боже, ведь
  между нами - вся эта проклятая война...
   В таком состоянии он находился непрерывно. Когда шагал по улицам,
  направляясь в американское или английское консульство, или сидел в штабе,
  в Гарден-Сити, или в кино, которым теперь упивался и где проводил каждый
  вечер, сам не вполне