тил Уолл.
   Манн покачал головой:
   - Нам прислали достаточно снаряжения, чтобы дать отпор немцам. Не
  хватало только пулеметов. Так что же сделали наши? Они отправили пулеметы
  на одном пароходе, а боеприпасы, ленты на другом. Один из этих пароходов
  был потоплен, и у нас оказались боеприпасы без пулеметов.
   - Чья же тут вина? - не унимался Уолл. - Это одна из случайностей
  войны.
   - Тут случайность ни при чем. Посмотрите, кто сидит в генеральном
  штабе. Чтобы быть хорошим офицером генерального штаба, достаточно быть
  хорошим конторщиком. У хорошего конторщика торгового флота хватило бы
  сообразительности не посылать эти материалы врозь. Но все конторщики
  дерутся в рядах армии, а люди, ни разу в жизни не производившие никаких
  расчетов, сидят в штабе.
   И Манн снова покачал головой.
   - Что же дальше? - сказал Уолл.
   Квейль настороженно отнесся к вспышке Манна. Но он все же чувствовал,
  что Манн говорит искренно и как раз то, что он хотел слышать.
   - Боюсь, что то же самое повторится и здесь, - сказал он.
   Манн ответил энергичным кивком и прихлебнул чаю.
   - Так будет все время... - Он запнулся, потом продолжал: - Пока все они
  не получат по затылку или в Англии чего-нибудь не произойдет.
   - А что произойдет в Англии? - спросил Квейль. В душе он был согласен с
  Манном.
   - Мало ли что. Но на это, конечно, потребуется время. После Дюнкерка
  англичане