ло
  десять-пятнадцать. Нервы его напряглись. Он открыл дроссель, чтобы набрать
  по горизонтали нужную для атаки скорость. Лица Манна, Георгиоса, Горелля
  одно за другим промелькнули перед ним.
   - Вперед! - скомандовал он.
   Потянул на себя ручку и крепко нажал педаль левой ногой. Самолет
  стремительно скользнул на крыло, перевернулся, быстро теряя высоту, снова
  выровнялся и с ревом ринулся вниз, прямо на "Мессершмитты", бросившиеся
  врассыпную. В то же мгновенье один из них мелькнул в прицеле Квейля.
  Квейль нажал спуск и почувствовал, как самолет содрогнулся, когда он
  рывком выходил из пике. Проносясь вихрем мимо "Мессершмитта", он
  обернулся, чтобы увидеть, что с ним. Но увидел только, как один из
  "Харрикейнов", - вероятно, Горелля, - рванулся вниз и выровнялся позади
  "Мессершмитта".
   Квейль был вне себя оттого, что не может сделать крутую петлю и
  повторить атаку. Вместо того чтобы вернуться, ему пришлось сделать широкий
  разворот и набрать высоту. Он стал искать глазами какой-нибудь из
  рассеявшихся "Мессершмиттов". Одновременно кинул быстрый взгляд на
  бомбардировщики, шедшие теперь впереди. Он уже решил броситься за ними
  вдогонку, как вдруг заметил, что снизу к нему приближается "Мессершмитт".
  Увидел тучу белых и желтых трассирующих пуль, сделал переворот через крыло
  и, оборвав таким образом горизонтальный полет, повис на