была низкая и служить
  прикрытием не могла. Солнце светило ярко. Эскадрилья повернула на север от
  Арты и пошла вдоль реки, по берегу которой вилось шоссе, служившее
  объектом бомбежки для итальянцев. Летчики поглядывали вокруг в ожидании
  неприятеля. Эскадрилья рассредоточилась для атаки и держалась на высоте
  пятнадцати тысяч футов. Квейлю совсем не улыбалась перспектива боя над
  этими высокими горами, вершины которых были предательски окутаны облаками.
  Хикки качнул свою машину, подавая сигнал, и Квейль быстро осмотрелся
  вокруг. Ниже, прямо на них, шло такое большое соединение, какого Джон
  Квейль еще никогда не видал. Оно растянулось на добрый десяток миль. Тут
  было не меньше ста пятидесяти самолетов. Квейль не мог еще рассмотреть, в
  каком соотношении здесь были бомбардировщики и истребители, но он видел
  отдельные группы, видимо из истребителей, и выругался вслух: истребителей
  было по меньшей мере полсотни.
   Вскоре итальянцы очутились прямо под ними, и Квейль не знал, видит ли
  их противник, или нет. Но тут Хикки качнул крылом, и Квейль понял, что
  началось... Вечная история. Сущий ад. Их полсотни. У него засосало под
  ложечкой от чрезмерного напряжения. Звено развернулось правым крылом и
  было теперь позади итальянцев, на высоте трех тысяч футов над ними. И тут
  началось.
   Хикки спикировал, остальные последовали за ним. Квейль видел, как они
  проваливались