лись под горизонт один за другим. Когда нырнул Ричардсон, Квейль
  тоже спикировал, - вокруг него были только "Савойи" и "КР-42", и он
  подумал: "Вот так чудеса".
   Уже далеко внизу Квейль видел, что Хикки, прорвавшись сквозь строй
  вражеских истребителей, пошел на бомбардировщиков. За ним шли остальные.
  Тэп со своим звеном оставался выше, чтобы выручать эскадрилью, когда ей
  придется слишком туго. Итак, их было девять, - девять против целой тучи.
   Тут Квейль прошел строй истребителей.
   С молниеносной скоростью проскользнув между двумя "КР-42", он увидел,
  как оба пилота повернули к нему головы. Он знал, что они погонятся за ним,
  и сумасшедшим пике ринулся прямо на один из бомбардировщиков. Нет, этот
  ублюдок от него не уйдет. Квейль совсем оглох и ничего не слышал. Он
  только смотрел вперед, и когда "Савойя" мелькнула в его прицеле, он,
  зверски крича, изо всех сил нажал спуск и вывел свой самолет из пике,
  царапнув спину бомбардировщика, и все кричал и кричал...
   На вершине свечки Квейль развернулся иммельманом и увидел миновавшие
  его трассирующие пули. Один "КР-42" рванулся вверх, вслед за ним. Квейль,
  сделав полубочку, всадил в него пулеметную очередь, - пошел наперерез ему,
  затем сделал боевой разворот и снова атаковал "Савойю", всадив и в нее
  очередь, снова набрал высоту и увидел, что на него идет еще один "42" и со
  всех сторон еще и еще, и куда ни глянь