рассирующие пули.
   Квейль пошел вверх на полном газу - они подумают, что он хочет
  иммельманом уйти от них. Но он резко нажал на правую педаль, а ручку
  управления взял на себя. Он потерял скорость, в то время как два "42"
  прошли прямо над ним. Их пулеметы раскалились, но они продолжали стрелять.
  Квейль погнался за одним из них, но итальянец сделал отчаянное пике.
  Квейль решил не отставать, в ушах у него опять заревело, он старался
  поймать итальянца в прицел, но тот все дальше уходил от него, так как
  пикировал быстрее.
   Тогда он пустил ему вдогонку пулеметную очередь, рванул ручку на себя,
  и у него на секунду потемнело в глазах, когда, поднявшись вверх
  вертикальной широкой свечкой, он вдруг потерял скорость на ее вершине.
   Но это было ненадолго, и он снова набрал скорость.
   Небо сплошь было усеяно "42", но он нигде не видел "Гладиаторов". Два
  "42" шли ему наперерез, а третий пикировал ему в хвост. Он метнулся вверх,
  - всего в нескольких дюймах под ним прошли два "42". Третий все еще
  держался у него на хвосте. Тогда Квейль круто спикировал и в погоне за
  скоростью открыл дроссель до отказа, чтобы уйти от итальянца. Он не
  смотрел по сторонам. Потянув ручку на себя, он с воющим ревом мотора вошел
  в петлю, на вершине ее выровнял самолет и снова спикировал. Он нажал на
  рычаг газа, но газ был и так открыт, и теперь Квейль знал,