что он
  обязательно настигнет "42". Это был рассчитанный прием, которому их учил
  Хикки, и он вышел как раз в хвост "КР-42". Квейль выровнял свой самолет
  всего лишь в полусотне метров от "42", и итальянец не подозревал, что
  Квейль пристроился ему в хвост. Когда голова итальянца мелькнула в его
  прицеле, Квейль, яростно нажав спуск, почувствовал тряску и увидел, как
  его трассирующие пули насквозь прошили итальянца; рука пилота безжизненно
  вывалилась наружу.
   "42" все еще шныряли вокруг. Внезапно Квейль увидел "Гладиатора",
  который свечой шел вверх, и "42", стрелявшего в него в упор. Квейль сделал
  переворот через крыло и, не оглядываясь назад, кинулся сверху на "42" и
  всадил ему в хвост пулеметную очередь. "42" очень резко задрал нос,
  потерял скорость и начал падать. Когда Квейль выровнялся, он увидел справа
  раскрывшийся парашют и подумал; не из их ли эскадрильи выбросился
  кто-нибудь.
   Но думать было некогда. Бросив взгляд вниз, он увидел, что идет почти
  крыло к крылу с "КР-42", который держался немного выше его, но гораздо
  ближе, чем летят обычно самолеты в строю. Квейль видел лицо итальянца и
  его недоумевающий взгляд. Итальянец видел лицо Квейля. Они шли совсем
  рядом; оба инстинктивно оглянулись назад, нет ли кого в хвосте, и
  продолжали идти прямо, не отрывая взгляда друг от друга, и каждый ждал
  первого жеста противника.
   Время