Время казалось вечностью, а прошло всего несколько секунд... Квейль
  нажал на правую педаль и прикрыл дроссель, пока его правое крыло не
  провалилось. Падающим листом он скользнул под "КР-42". Затем дал полный
  газ, взмыл прямо кверху, и когда брюхо вражеского самолета мелькнуло в его
  прицеле, он громко выругался и нажал спуск, - он знал наверняка, что попал
  в цель. Он чуть не врезался в итальянца, но, сделав крен и боевой разворот
  через крыло, уклонился от "42", который вспыхнул и камнем пошел вниз.
   Квейлю казалось, что он остался один.
   Справа все небо было усеяно беспорядочно летящими самолетами, но он
  видел только "42". И вдруг откуда ни возьмись один "Гладиатор" ринулся на
  двух "42", сверкнул желто-красный язычок огня, и трассирующие пули
  врезались в итальянца. "42" завис, затем перевернулся и стал падать, но
  тут Квейль увидел слева "Гладиатора", который начал терять высоту, -
  по-видимому, с ним что-то случилось. Квейль осмотрелся по сторонам, ища
  остальных, но мог найти еще трех "Гладиаторов", не считая тех двух, что
  были поблизости. По серому пятну на правом верхнем крыле он узнал машину
  Тэпа.
   В это самое мгновенье подбитый "Гладиатор", охваченный пламенем,
  пронесся вниз прямо у него за хвостом. Квейль видел фигуру летчика в
  кабине, но не мог разобрать, кто это. Одно он знал наверняка, что летчик
  погиб. Он бросил взгляд вверх и увидел