ратилась к Квейлю и улыбнулась:
   - Ваша барышня еще не приехала. Она приедет завтра или послезавтра. Мы
  любим англичан. Байрона мы сделали нашим патриотом. Он наш национальный
  герой. Барышня, которую вы ищете, занимается политикой?
   - Она - нет. Ее родные - да.
   - Это хорошо. Каждый грек от природы - поэт и диктатор. Тот не грек,
  кто не чувствует такого призвания. Женщины - другое дело.
   - Она тоже живо интересуется политикой, - сказал Квейль.
   - Значит, настоящая гречанка.
   Разговаривая, сестра пила кофе, дуя в чашечку, чтобы остудить горячий
  напиток. Руки она вытирала о халат, как делают женщины на кухне. Квейль
  встал:
   - Благодарю вас, сестра. И за кофе тоже. Я зайду завтра узнать, не
  приехала ли Элен.
   - Заходите ко мне оба. Очень хорошо, что вы разной крови. Вы
  собираетесь на ней жениться?
   - Я знаю ее еще очень мало, - сказал Квейль.
   - Это ничего не значит. Если чувство есть, оно есть. Если вам не надо
  подхлестывать себя, значит, пора жениться. Хотя тут может возникнуть
  проблема, если женщина интересуется политикой.
   - Да, - неопределенно процедил Квейль.
   - Она изменит свои взгляды под вашим влиянием, - сказала сестра, - или
  вы измените ваши.
   - Или мы совсем не будем менять наши взгляды, - сказал он и рассмеялся.
  Ему нравилась эта женщина.
   - Такой постоянности вы не найдете, особенно у гречанки, интересующейся
  политикой.