смущен. В нем перегорает предохранитель, и
  он растерянно удаляется.
   Второй детектор лжи обращается к Кетенхейве: "Вы были членом
  коммунистической партии?"
   _Кетенхейве_: Нет, никогда.
   Второй детектор лжи: "Брали ли вы девятого августа тысяча девятьсот
  двадцать восьмого года в Берлинской государственной библиотеке "Капитал"
  Карла Маркса и говорили ли вы в тот вечер своей тогдашней приятельнице
  Соне Бузен, чтобы она не снимала рубашку, так как изучать "Капитал"
  важнее?
   Кетенхейве охватывает страх, ему становится стыдно. Стрелка детектора
  резко отходит влево. Из реки выходят дочери Рейна. Они одеты в
  небесно-голубую, возбуждающую похоть форму стюардесс и поют: "Вагалавайя,
  ты не отправишься в Америку, вагалавайя, ты останешься здесь".
   Кетенхейве подавлен. Стендаль пытается его утешить: "Гватемала не более
  скучна, чем Чивитавеккия, где я был консулом. Не ездите в отпуск. Вас
  поразит удар".
   Кетенхейве укоризненно смотрит на Чемберлена и говорит: "Но ведь Бек и
  Гальдер замышляли путч! Не забывайте, Бек и Гальдер хотели его придушить!"
   Гитлер довольно хлопает себя по коленке и смеется уверенно, точно
  лунатик.
   Чемберлен грустно смотрит на остатки рыбы, которые он убирает со стола,
  и шепчет: "Генерал, замышляющий путч, не может быть партнером Соединенного
  королевства; генерал, успешно завершивший путч, может явиться во дворец
  святого Джеймса".
   Кетенхейве должен уходить. Пора. Вокруг него стоят четыре кельнера.
  Скоро они опять начнут обслуживать генералов. Видимо,