зовый лимонад, точно оживленный
  волшебным напитком Зиглинды. У препарированного человека вместо головы был
  череп с начищенными зубами, а его правая рука, с которой была снята кожа и
  на которой виднелись обнаженные сплетения мышц и нервные волокна, была
  поднята в фашистском приветствии, и Кетенхейве показалось, что призрак
  крикнул ему: "Хайль Гитлер!" Существо это не имело никаких половых
  признаков и, будто символ полового бессилия, стояло среди предметов
  санитарии и гигиены, как они себя называли; Кетенхейве разглядел
  спринцовки, презервативы, противозачаточные таблетки, всякие
  отвратительные пасты и обсахаренные пилюли, там же стоял пластмассовый
  аист, и световая реклама возвещала: ЗДЕСЬ ВЫ НАЙДЕТЕ ВСЕ САМОЕ ЛУЧШЕЕ ДЛЯ
  НАШИХ МАЛЫШЕЙ.
   Кетенхейве подумал: пора выйти из игры, не принимать в этом участия, не
  подписывать договоров, не быть покупателем, не быть верноподданным. Броди
  по ночным, тихим улицам столицы, которой в этот час снова захотелось стать
  провинциальным городком, Кетенхейве предавался извечной мечте об
  избавлении от земных желаний. Эта мечта окрылила его, как окрыляла
  каждого. Шаги его гулко отдавались в тишине. _Кетенхейве - аскет.
  Кетенхейве - приверженец дзэна_ [одна из буддийских сект]. _Кетенхейве -
  буддист. Кетенхейве - освободивший себя от всех желаний_. Но духовное
  возбуждение, охватившее его, активизировало в нем все жизненные соки, его
  окрыленный шаг пробудил аппетит, великий освободитель духа и отрицатель
  бренной плоти почувствовал