здомной,
  что предпринять голодной? Она пошла на вокзал, как будто поезда могли
  привезти ей счастье. Многие заговаривали с Леной. Герда тоже заговорила с
  ней, и Лена пошла за Гердой, девушкой из Армии спасения, и она осматривала
  город, держа в руке газету "Боевой клич", и удивлялась всему, что видела.
  Кетенхейве подумал: "Герда тоже будет щупать твою грудь". Он подумал: "И я
  тоже". Он подумал: "Такая уж у тебя доля". Он подумал: "Все мы такие,
  такая уж наша доля". Но он сказал Лене, что попытается подыскать ей место,
  чтобы она смогла закончить учение. Герда сердито раскрыла рот. Сказала,
  что многие уже давали Лене такие обещания, цена им известна. Кетенхейве
  подумал: "Ты права, я хочу еще раз увидеться с Леной, хочу потискать ее,
  она влечет к себе, а меня особенно, в том-то и дело". _Кетенхейве - плохой
  человек_. И все же он решил поговорить о Лене с Кородином, который имел
  связи с заводами, а может быть, и с Кнурреваном или с кем-нибудь из своих
  коллег по фракции, сведущих в вопросах трудоустройства. Он хотел ей
  помочь. Механику надо стоять у станка. _Кетенхейве - добрый человек_. Он
  попросил Лену заглянуть завтра вечером в винный погребок. Герда взяла Лену
  за руку. Девушки исчезли в ночи. Кетенхейве остался в ночи.
   Ночь. Ночь. Ночь. Мутная луна. Зарницы. Ночь. Ночь. Ночная жизнь. Возле
  вокзала пытаются вести ночную жизнь. Лемуры. В баре лемуры таращат глаза
  на своего сухопарого собрата, явно желающего установить рекорд
  продолжительности игры на рояле. В промокших от пота носках, окруженный
  полными