оловой к востоку, устремив закрытые глаза на
  запад. Что же он мог видеть? Саарскую область, прекрасную Францию,
  государства Бенилюкса, всю "малую Европу", Европейское объединение угля и
  стали. А склады оружия? И склады оружия. Уже кое-кто подкрадывался к
  границам. Обменивался нотами. Заключал договоры. Игра опять началась.
  Старая игра? Старая игра. Федеративная республика принимала в ней участие.
  Ее деятели вели переписку с американцами в Вашингтоне и терлись возле
  американцев в Маннгейме. Канцлер заседал за тем или иным круглым столом.
  Как равноправный? Как равноправный. А что у него позади? Оборонительные
  линии. Реки. Оборона на Рейне. Оборона на Эльбе. Оборона на Одере. Атака
  на Висле. А что еще? Война, могилы. А что у него впереди? Новая война?
  Новые могилы? Отступление до Пиренеев? Карты снова перетасованы. Кто
  назвал министра иностранных дел одной великой державы вылощенным ослом?
  Старый заяц с Вильгельмштрассе. Он уже снова чувствовал себя на пути к
  великодержавности и, высунув язык, мчался по старой дистанции, теперь,
  правда, по Кобленцерштрассе, но в начале и в конце ее уже сидели еж со
  своей ежихой.
   На Рейне устало боролся с течением буксир, тянувший угольные баржи. В
  тумане они скользили по воде, как мертвые киты.
   Здесь лежал некогда клад, сокровище под волнами, золото, спрятанное в
  гроте. Его грабили, разворовывали, растрачивали, проклинали. Хитрость,
  коварство, ложь, обман, убийство, смелость, верность, предательство и
  туман во веки веков, аминь. Вагалавайя, пели