посыпанные гравием. На
  привинченный к гидранту пожарный шланг. За ним стояли полицейские с
  собаками. Собаки были похожи на испуганных полицейских. Возле выгребной
  ямы стояла полицейская машина. Машина стояла на самом вонючем месте.
  Кетенхейве пил вино. Он подумал: "Меня недурно охраняют". Он подумал: "Я
  многого достиг".
   Он вспомнил о Музеусе. Дворецкий президента Музеус, считавший себя
  президентом, стоял на увитой розами террасе президентского дворца и тоже
  видел полицейских, которые переносили заградительные барьеры все ближе к
  нему, видел подъезжающие полицейские машины, видел, как шли на него
  полицейские собаки, видел, как полицейские катера мчались по реке. И тогда
  Музеус подумал, что он, президент, оказался в плену и что полиция
  приказала окружить дворец густой, непроходимой изгородью шиповника,
  предупредительными выстрелами, капканами, полицейскими собаками; изгородь
  поднималась все выше вокруг дворца, и президент не мог ускользнуть, не мог
  убежать к народу, а народ не мог прийти к президенту. Народ спрашивал: что
  делает президент? Народ интересовался: что говорит президент? И народу
  сообщали: президент стар, президент спит, президент подписывает договоры,
  которые подает ему канцлер. Народу говорили также, что президент всем
  очень доволен, народу показывали снимки, на которых президент мирно сидел
  в президентском кресле, а в его руке благородно тлела толстая черная
  сигара с белым пеплом. Но Музеус знал, что он, президент, не спокоен, что
  у него беспокойно бьется сердце,