черную глубину бассейна, - ты должна привыкнуть к воде. Тебе везло, три
  года он не ездил с тобой на морские курорты. Врачи сказали ему, что солнце
  для него вредно, что-то такое с кожей, опасно загорать. Однако теперь
  разрешили. Этим летом он намерен отправиться в Ниццу. Тебе придется войти в
  море. Ты должна быть готова к этому, иначе потянется цепь вопросов и
  подозрений, он не успокоится, пока не выяснит истинную причину твоего
  страха. Он узнает о тебе все, и твои великие планы растают, как эти хрупкие
  льдинки".
  
  Она проводила с собой эту психотерапию не только стоя у бассейна, но и лежа
  на водяном матрасе. Ей хотелось кричать от ужаса, когда она чувствовала под
  собой тяжелую, тугую, смертельно опасную массу воды.
  
  "Ты не должна бояться. Ты ведь хочешь, чтобы он женился на тебе?"
  
  - Да... - простонала Варя, почти не разжимая стиснутого рта.
  
  Ноги заныли нестерпимо. Правое ухо было мокрым, он измусолил мочку, вымазал
  слюной шею. К шее прилипли влажные пряди. Считать слонов стало невозможно,
  стадо слилось в одну сплошную свинцовую массу. Черная тяжелая толща воды
  почти сомкнулась над ней, не давая дышать. Варя закричала, глухо,
  сдавленно. Она позволила себе этот крик потому, что он был вполне уместен,
  он был кстати, и энергичный трудолюбивый