Георгиевна растопырила пальцы веером и помахала рукой у Наташи перед
  носом, скорчив при этом надменную гримасу. Наташа не выдержала и
  рассмеялась.
  
  - Ничего смешного, - проворчала Кира Георгиевна, - тупой апломб, наглость и
  жестокость. Вот законы, по которым живет твой муж и подобные ему. Он мог
  своровать, убить. Там у них это нормально, в порядке вещей.
  
  - Мама, где - там? Что ты плетешь, подумай... - Она безнадежно, тяжело
  вздохнула и замолчала на полуслове.
  
  Возражать не было сил, разговор старый, гадкий, стоило вернуться к нему, и
  сразу во рту почему-то возникал вкус прогорклой овсянки. Кира Георгиевна не
  любила своего зятя Саню и никогда не скрывала этого. То, что произошло,
  подтверждало ее правоту: Саня темная личность, человек без внутреннего
  стержня, без принципов и нравственной основы.
  
  Вместо того чтобы работать по специальности, инженером-строителем, он
  занялся чем-то сомнительным, торговал всякой дрянью, таблетками для
  похудания, средствами для выведения волос, эликсирами, поднимающими мужскую
  потенцию, омолаживающими витаминами, причем все это активно и неприлично
  рекламировалось, объявлялось чудом фармацевтики, лекарствами двадцать
  первого века, но не было одобрено Минздравом, и неизвестно, какие имело
  побочные эффекты. Сама