гляд,
  Я бы любил тебя, но, моя милая,
  Барышни замуж хотят, -
  
  пел своим нежным тенором со сцены "голубой" певец Пусик.
  
  - Это называется "классический репертуар", - с усмешкой заметила Варя, -
  это Моцарт и Чайковский.
  
  Мужской кордебалет был обнажен только до пояса. Мальчики отплясывали вокруг
  толстой звезды в штанах и галстуках-бабочках на голых, еще по-детски тонких
  шейках.
  
  Ужин состоял из двух порций запеченной семги с зеленым салатом, минеральной
  воды и фруктов. Дмитрий Владимирович спиртного на дух не переносил и мяса
  не ел. Варя старалась перенимать его здоровые привычки. Единственное, от
  чего не могла отказаться, это от курения.
  
  Взгляд его надолго застыл в одной точке. Казалось, он ничего не видит и не
  слышит, не чувствует изумительного вкуса запеченной семги.
  
  - Все-таки у тебя потрясающие глаза, - услышала Варя его чуть охрипший,
  усталый голос и поняла, что все это время он смотрел не куда-нибудь, а на
  нее. - Угораздило же тебя родиться с такими глазами!
  
  - Спасибо, - она благодарно улыбнулась. Он редко баловал ее комплементами,
  иногда ей даже казалось, что он привык к ее красоте, перестал замечать.
  
  - При таком освещении, - продолжал он задумчиво, - получается редкий
  сапфировый оттенок. Ты знаешь, сколько оттенков бывает