ула Лиза. Но ее собеседница ожидала более бурной
  реакции, она недоуменно подняла брови и поджала губы.
  
  - Вы простите меня, Лиза, я человек прямой и откровенный. Всегда говорю
  правду в глаза. У вас, русских, появилось какое-то равнодушие. Раньше этого
  не было. Это вообще не свойственно русскому характеру - ледяное безразличие
  к ближнему. Вы совершенно спокойно стали относиться к трагедиям, которые
  происходят рядом с вами, у вас в стране.
  
  - Не всем можно помочь, Керри. Что толку, если мы будем плакать и вздыхать
  над каждой трагедией?
  
  - Плакать и вздыхать - это нормальная человеческая реакция. Вы, русские,
  стали стесняться проявления живых чувств. Вы всегда были самой
  сострадательной нацией в мире, а теперь становитесь самой беспощадной и
  циничной. Неужели это связано с демократическими переменами? Неужели для
  русской души так вредна свобода?
  
  - Не знаю... - Лиза правда не знала, что на это ответить. Наверное, в
  чем-то американка была права, но легко судить других.
  
  "Возможно, люди сделались жестче и циничней, но не потому ли, что сейчас в
  России становится товаром даже такая бесплатная вещь, как сострадание? Оно,
  оказывается, тоже имеет денежный эквивалент и, значит, теряет смысл..." -
  подумала Лиза, но вслух этого не произнесла, потому