китич, - слишком строга была дама-историк.
  Не дрогнуло ее сердце даже от ночной канонады. Кстати, знаешь, как ее
  звали? Беляева Елизавета Павловна.
  
  - Беляева? Та самая? Ну вообще-то ради такой женщины можно устроить салют.
  
  - Да, конечно... А ты знаешь, что три года назад Бутейко довелось крепко
  схлестнуться с этой дамой в теледебатах в прямом эфире? - задумчиво
  произнес Илья Никитич.
  
  - Это вы к чему? - не понял Косицкий.
  
  - Это я к тому, что надо как следует просмотреть и прослушать пленки,
  оставшиеся в доме Бутейко. У него богатейший видео- и аудиоархив. Дело в
  том, что о взаимной многолетней ненависти Бутейкои Беляевой говорит все
  Останкино.
  
  ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
  
  Лиза родилась в 1959 году. Родители ее училась на втором курсе
  Геологоразведочного института. Им обоим было по восемнадцать лет. Оба
  превыше всего на свете ценили свою модную в те годы профессию, а вернее, ее
  внешнюю киношно-романтическую атрибутику. Рюкзак за плечами, гитара, общий
  вагон поезда дальнего следования, песни Городницкого и Визбора - вот это
  было жизнью, а все прочее презрительно именовалось "тупым мещанским
  существованием".
  
  Мама впадала в депрессию, стоило ей взглянуть на корыто с пеленками, папу
  трясло от чинных прогулок по парку с колясочкой. Они жестоко