роны, он
  нашел целую кучу ценной ювелирки и прихватить ее не забыл. Не дурак.
  Обидно, что деньги получились маленькие, но и они не помешают.
  
  - Гоэто при собаке, попытаться обмануть?
  
  - Человека вы можете обмануть. Собаку никогда.
  
  - Сколько ей осталось?
  
  - Если не пойдут метастазы, она сможет прожить еще год, при хорошем уходе и
  два года. Но это будет больная собака, вам придется тратить на нее
  значительно больше времени и сил, чем раньше, - он закурил, помолчал, глядя
  в окно, и произнес тусклым, равнодушным голосом: - Станет тяжело,
  позвоните, я приеду и сделаю укол.
  
  - Но вы же сказали, я сама смогу ее колоть.
  
  - Нет, этот укол вы сами сделать не сумеете.
  
  В лечебнице, кроме них и Лоты, не было никого, стояла гулкая тишина, и
  вдруг послышался странный щелкающий звук. Юрий Иванович вскочил, бросился в
  коридор. По коридору на расползающихся лапах очень медленно шла Лота. Она
  шаталась и волочила за собой разбитую банку капельницы.
  
  Когда собаку уложили на место, поставили новую капельницу, Лиза заплакала.
  Впервые в жизни она не сумела сдержаться при постороннем человеке, но
  никакой неловкости не почувствовала, даже потом, когда совсем успокоилась.
  
  Юрий Иванович приезжал к ней каждый вечер. Она не просила, он сам звонил и
  приезжал,