тьем часу ночи мчаться в ветеринарную лечебницу, пожалуйста. Я не
  возражаю. Только не забудь взять ключ. Я буду спать, когда ты вернешься.
  
  Она поцеловала его на прощанье, но лучше бы она не делала этого. От его
  лица, от гладко выбритой щеки, ощутимо повеяло холодом.
  
  По пустым ночным улицам она доехала по записанному адресу за десять минут.
  Юрий Иванович ждал ее на улице, у въезда во двор. Она издалека заметила его
  невысокую коренастую фигуру и в последний раз подумала: "Господи, ну что же
  в нем такого? Почему именно он?"
  
  Когда он обнял ее, прямо на улице, у машины, ни слова не говоря, стал
  торопливо. жадно, целовать ее лицо, ей вдруг почудилось, что в кустах за
  детской горкой вздрогнул белый огонь фотовспышки.
  
  ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ
  
  К старости графиня Ольга Карловна Порье научилась говорить по-русски. Язык,
  прежде казавшийся ей варварским, увлек ее богатством смысловых и
  чувственных оттенков. Русские слова переливались и играли радужными
  гранями, как драгоценные камни, которые она так любила.
  
  - Старык. Старьичек. Старец. Стар-ри-кашика, - повторяла графиня,
  раскатисто грассируя, смеялась и хлопала в ладоши, как малое дитя.
  
  В 1880 году графине стукнуло восемьдесят, она была ровесницей века. Память
  ее угасала, рассудок стал зыбким, как