поднялась до
  сорока градусов. Меньше всего ей сейчас хотелось, чтобы Красавченко
  заметил, как изменилось ее лицо.
  
  ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
  
  Следователь Бородин долго, упорно звонил в дверь квартиры Бутейко. Он не
  сомневался, что хозяйка дома. Наконец зашаркали торопливые шаги, и тут же
  стало тихо. Елена Петровна прижалась к дверному глазку. Железная дверь как
  будто даже нагрелась от волнения хозяйки.
  
  Кстати, железная дверь при такой бедности - весьма красноречивая деталь
  интерьера.
  
  Вопрос "кто там?" прозвучал минуты через три.
  
  - Следователь Бородин, - бодро отозвался Илья Никитич, - будьте любезны,
  откройте, пожалуйста.
  
  - А в чем дело? У вас есть санкция прокурора?
  
  - Елена Петровна, я не собираюсь сейчас проводить ни допросов, ни обысков.
  Мне нужно, с вашего позволения, взять на время кассеты с интервью, которые
  брал Артем. Я все верну через несколько дней.
  
  Заскрежетали замки, звякнула цепочка. Дверь медленно приоткрылась. Три
  дорогих, сложных итальянских замка, да еще цепочка и стальной засов.
  
  - Я только что встала, - надменно сообщила мать погибшего, - вы могли бы
  заранее предупредить о вашем приходе.
  
  - Извините, Елена Петровна, - Илья Никитич виновато улыбнулся, - я просто
  был неподалеку, решил к вам заглянуть на минутку.