ете в коридор
  босая? И вообще, вы вряд ли сумеете сделать несколько шагов. Вам плохо, я
  вижу. Как вы ни пытаетесь взять себя в руки, вам очень плохо, Лиза.
  
  Она захотела крикнуть, но крик застрял в горле. Тело стало как будто чужим.
  Она чувствовала, что медленно сползает, на пол, но ничего не могла
  поделать. Красавченко подскочил к ней, быстро бесшумно закрыл дверь,
  подхватил ее под мышки и как куклу поволок к креслу. Она все видела,
  слышала, понимала, но не могла шевельнуться. Она еще раз попыталась
  крикнуть, но из горла вылетел лишь слабый хрип.
  
  - Говорить вы сможете, - объяснял Красавченко, усаживая ее в кресло, - но
  шепотом, совсем тихо, так, что услышу только я и больше никто. Двигаться не
  пытайтесь. Не тратьте на это силы. В ваше вино я добавил десять миллиграмм
  вещества, которое называется "АШ-709". Это яд, противоядие у меня, я дам
  его вам, как только вы ответите на несколько вопросов.
  
  - Не морочьте мне голову, - хрипло прошептала Лиза, - при большинстве
  отравлений требуется не противоядие, а промывание желудка... Вы не могли
  ничего добавить. Я бы заметила.
  
  - Ресничка, - напомнил Красавченко, - я успел. Дурное дело не хитрое. .
  
  - Вас арестуют... В вино вы добавили наркотик, а не яд.
  
  - Лиза, время пошло. Если я пойму, что вы