ражать.
  
  Он пригласил графа в свой кабинет и имел с ним непродолжительную беседу.
  
  - Ваше сиятельство, - сказал купец, - я считаю своим долгом предупредить
  вас, что моя дочь не совсем здорова.
  
  - Да что вы, - искренне удивился граф, - она выглядит совершенно здоровой.
  
  - Я имею в виду не физический, а нервный недуг. У нее случаются приступы
  меланхолии и тяжелой подозрительности.
  
  - Смею вас уверить, Тихон Тихонович, что мое искреннее чувство победит этот
  недуг, - ответил граф, - я люблю Ирен.
  
  - Да будет вам, ваше сиятельство, - купец укоризненно покачал головой, - вы
  женитесь на моей Ирине потому, что у вас денег нет. Положение у вас
  безвыходное, но у меня тоже. Моя Ирина засиделась в девках, доктора
  говорят, ей надо замуж скорей, иначе совсем занеможет. Но за купца она не
  пойдет, а кроме вас, титулованные особы к ней пока не сватались, да и вряд
  ли посватаются. К тому же она вбила себе в голову, что влюблена в вас до
  смерти. Дочь у меня одна, и ради ее счастья я готов расплатиться с долгами
  вашего покойного батюшки, графа Ивана Юрьевича, Царство ему Небесное, -
  купец встал, истово с поясным поклоном, перекрестился на красный угол,
  потом сел, тяжело уставился на графа и продолжал: - Я готов спасти вас от
  долговой тюрьмы, но и вы уж нас