оджатые губы Клавдии, быстрые хищные глазки Зои,
  язвительные намеки на какую-то ее мнимую вину перед покойным мужем.
  
  Чем старше становилась Лиза, тем неуютней чувствовала себя на даче, в чужом
  враждебном семействе. Ее попрекали, что все время читает книжки и не
  помогает копаться в огороде, дядя Валерий обязательно за столом повторял:
  "Кто не работает, тот не ест", и у Лизы застревал в горле кусок редиски. С
  каждым годом она приезжала на дачу все реже, в комнате, где она обычно
  жила, устроили что-то вроде кладовки, поменяли замки на калитке и на двери
  дома, и ключей Лизе не дали.
  
  Бабушка Надежда не успела оставить завещания, Валерий и Зоя ловко, быстро
  переоформили дом и участок на тетю Клаву, наверное, сунули взятку в
  поселковом совете, щедро заплатили нотариусу, в общем, по документам
  единственной владелицей оказалась Клавдия, и она, разумеется, завещала дачу
  сыну. Бездетные Валерий и Зоя осуществили наконец свою многолетнюю мечту,
  стали полноправными хозяевами дома и участка.
  
  Родители Лизы пробовали спорить, но не через суд, а просто по телефону. Они
  объясняли родственникам, что Лиза выросла в этом доме, очень его любит, что
  так порядочные люди не поступают. Но эти сентиментальные доводы вызывали у
  Валерия и Зои здоровый саркастический