голову на коленях и чувствовала, как отчаянно борется со смертью
  живое существо. У животных нет бессмертной души, им страшнее умирать, они
  уходят в никуда, в черноту. Возможно, это глупость, приторные сантименты,
  которые не стоят ни гроша.
  
  Возможно, прав был муж, когда говорил, что она ведет себя словно выжившая
  из ума слезливая старая дева. В мире столько кошмара, настоящего
  человеческого горя, а тут всего лишь собака, к тому же капризная, недобрая,
  к тому же с ней было так тяжело в последнее время, она ходила под себя, и
  запах не истреблялся никакими моющими средствами, она громко всхлипывала
  ночами, все пыталась встать на четыре лапы, падала с грохотом, будила мужа
  и детей, которым рано вставать.
  
  - Послушай, ты хотя бы отдаешь себе отчет, что это ненормально - так
  переживать из-за собаки? - услышала Лиза голос мужа. и только тогда
  заметила, что Лота уже не дышит, а сама она захлебывается слезами.
  
  С тех пор прошло совсем немного времени, ей часто снился дождливый, до
  черноты пасмурный день, когда вместе с Юрой они поехали в поселок
  "Большевик", который теперь назывался Батурине, чтобы там, в дубовой роще,
  похоронить собаку.
  
  ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
  
  Из-под колес вишневой "шкоды-фелиции" летели брызги, дождь заливал ветровое
  стекло.
  
  -