ь,
  тратит на глупые побрякушки. Так пусть лучше нам отдаст. - Красавченко
  весело подмигнул и закурил еще одну сигарету. - Не все, но хотя бы часть.
  
  - Очень интересно, - криво усмехнулся Мальцев, - а при чем здесь Беляева?
  
  - Ну я же сказал, Беляева - это прямой доступ к телеэфиру. Благодаря нашей
  нежной дружбе я получаю неограниченные возможности. Я успел понять, что
  заказчик тщательно скрывает свою страсть к драгоценным камням. Из этого я
  сделал вывод, что он скорее всего не банкир, не частный предприниматель, а
  крупный государственный чиновник. Я прав?
  
  - Понятия не имею. - Павел Владимирович равнодушно пожал плечами и
  почувствовал, как под рубашкой между лопатками выступает ледяная испарина.
  
  - Я прав, - улыбнулся Красавченко, - как всегда! Вы все никак не хотите
  меня дослушать, почему-то очень нервничаете, постоянно перебиваете.
  
  - Не знаю, кто из нас нервничает,- криво усмехнулся Мальцев.
  
  - Вот и я не знаю. Ну ладно, это не важно. Вы готовы меня спокойно
  выслушать?
  
  - Я тебя очень внимательно слушаю.
  
  - Зато, чтобы кассета с грубой эротикой в ее исполнении не попалась на
  глаза мужу и детям, Елизавета Павловна станет иногда выполнять мои просьбы.
  И первым я выступлю в эфире сам, мне есть что рассказать, биография моя
  достаточно