валось странное оцепенение, не
  хотелось двигаться и разговаривать, глаза застывали в одной точке, она
  могла бы часами сидеть, замерев, как кукла. Только так она чувствовала себя
  в полной безопасности, только так не могла выдать себя жестом, словом,
  мимикой.
  
  Один раз Мальцев застал ее врасплох,, заметил выражение ужаса, с которым
  она глядела в ледяную глубину бассейна. Это так напугало его, что он
  спросил, здорова ли она.
  
  - Со мной все нормально. Я совершенно здорова, - ответила она и заставила
  себя улыбнуться, - просто недавно смотрела ужастик, там из бассейна
  вылезают мертвецы.
  
  - Не надо смотреть глупости. Ты уже большая девочка.
  
  На самом деле фильмы ужасов ее успокаивали. Ей удавалось с их помощью
  обмануть себя, уговорить, что все пережитое четыре года назад было таким же
  фильмом, кто-то написал сценарий, актеры выучили роли, загримировались,
  помощник режиссера щелкнул хлопушкой, и на пленке запечатлелись события, от
  которых кровь стынет в жилах. В действительности ничего этого не
  происходило.
  
  Кто-то снял такое кино, она сто раз прокрутила его на видике, потому так
  отчетливо все запомнила. Кто-то снял кино, она сыграла там главную роль. Ну
  правильно, она всегда мечтала стать киноактрисой. Особенно тогда, в
  семнадцать лет.
  
  Она