рафии и пытался ее шантажировать. И что было
  дальше? Да ничего не могло быть. Она выставила его из номера. Однако он не
  ушел. Почему?
  
  Если бы шантаж сводился только к этим дурацким картинкам, она вообще не
  стала бы с ним разговаривать, вызвала бы ночного портье и попросила, чтобы
  ей помогли избавиться от незваного гостя. Но она не сделала этого. И еще,
  он так и не сказал, зачем ему все это надо, чего он хочет в обмен на
  фотографии.
  
  Чем отчетливей восстанавливались слова и события, тем холодней становилось
  Лизе под горячим душем.
  
  "Он знает! - вспыхнуло у нее в голове. - Я пропала, он все знает".
  
  Она до красноты растерлась теплым полотенцем, включила фен, оделась, быстро
  подкрасилась, кое-как подколола влажные недосушенные волосы. Головная боль
  не затихала. Лиза выпотрошила содержимое своей сумочки на журнальный стол.
  На дне лежала упаковка анальгина с хинином.
  
  - Лекарство, - пробормотала она, вскрывая упаковку, - яд, противоядие...
  
  Слова эти сами собой всплыли в памяти. Перед глазами встало гладкое
  пластмассовое лицо с квадратным подбородком. Лицо героя сериала, глянцевая
  картинка комикса.
  
  "Мы с ним пили вино. Стоп, а где стаканы? Вымыл и убрал? Ну да, разумеется.
  Все аккуратно убрал за собой, и бутылку тоже. Он очень настаивал,