ика и
  пытаясь направить разговор в более осмысленное русло.
  
  - Нет, уж извините, имен я называть не буду, - криво усмехнулся Лабух, - вы
  все-таки убийство расследуете, я ляпну какое-нибудь имя и, не дай Бог,
  подставлю человека под подозрение. А ведь наберется не меньше сотни людей,
  причем все до одного - знаменитые, влиятельные, с серьзными возможностями.
  
  - То есть не меньше сотни людей, у которых, по вашему мнению, могли быть
  мотивы для убийства Бутейко? - осторожно уточнил Илья Никитич.
  
  - Ну, я, наверное, преувеличил немного, но в принципе после большинства его
  материалов, газетных, журнальных, телевизионных, у каждого его героя хоть
  на минуту такое желание возникало. А если учесть, что он еще и жил в долг,
  просил у всех, не стеснялся, то тут вам, как следователю, можно только
  посочувствовать. Хотя нет, я слышал, убийцу взяли на месте преступления,
  прямо в подъезде?
  
  - Да, у нас есть подозреваемый, - уклончиво ответил Илья Никитич. - Так вы
  говорите, он жил в долг. Лично у вас он когда-нибудь занимал деньги?
  
  - Дважды. Правда, все вернул. Нет, что касается долгов, тут вы, пожалуй,
  ничего не нароете. Долги он возвращал аккуратно, коллегам во всяком случае.
  А вот что касается людей, к которым он лез как репортер, тут я могу
  рассказать,