дотошностью, и, наверное, это должно очень
  впечатлять.
  
  Из собора был слышен мягкий тяжелый звук органной фуги Баха. Лиза
  приоткрыла медную дверь, мельком заметив, что благородный зеленоватый
  оттенок нанесен на медь искусственно.
  
  В соборе было пусто. Фуга лилась из динамика. Маленький пожилой горбун в
  темной ковбойке обрабатывал бесшумным пылесосом вишневую ковровую дорожку
  между рядами .скамей. Лиза постояла несколько минут, глядя на фрески, на
  стеклянную мозаику потолка с хитрой радужной подсветкой. Гибкий хобот
  пылесоса энергично подрагивал в руках горбуна, и в том же ритме подрагивал
  седенький, перетянутый черной резинкой хвостик на его тощем затылке. Когда
  горбун приблизился, Лиза расслышала, как он напевает под нос что-то о
  хорошей пинте пива и красотке Мери. Хобот пылесоса подполз к ее ногам.
  Круглый тусклый глаз горбуна сердито скользнул по лицу. Жарко, упруго
  ударила в солнечное сплетение волна последних аккордов органной фуги. Лиза
  тихо вышла.
  
  Всего за несколько минут небо успело затянуться, поднялся ветер, посыпал
  мелкий сухой снег. Она поправила шарф и побрела медленно, почти спокойно. В
  легкой ряби снегопада город стал нежней и таинственней. Немного закружилась
  голова от ветра и мелькания острых частых снежинок.
  
  Взглянув