чернозем. И после двух часов интенсивного труда Толян полностью освоил и профессию могильщика.
   - Готово, - сказал он, зайдя в дом.
   - Сядь, - обратился Гера к своему воспитаннику. Тот осторожно пристроился на краешке кровати.
   - Осуждаешь? - спросил Сашка.
   - Да не о-очень. Не нравились они мне. Оба.
   - Да, - согласился Гера, - говнистые ребята, гонора больше, чем ума. Они стали бы обузой. Я их сразу решил убрать, с самого начала. Зачем нам делить на пятерых, если можно на троих.
   - А з-зачем на троих? - не понял Толька, - Можно ведь и на д-двоих. Зачем нам этот, пятый?
   Гера засмеялся, обнял его здоровой рукой.
   - Верно, соображаешь. Но это потом, а пока этот шустрик нам нужен. Мы здесь, похоже, застряли надолго. Нам нужна жратва, лекарства, да и паспорта он обещал достать. Помнишь, на той неделе я просил тебя сфотаться?
   - А, ну да, - припомнил Толян.
   - Я не объяснил тогда зачем. Теперь говорю: будем делать тебе новую жизнь, новую фамилию и новое имя.
   Гера похлопал его по плечу.
   - С этими парнями мы бы погорели как караси на сковородке. С таким гонором их бы загребли максимум через неделю, как только они по кабакам бы пошли, бабками сорить. Знаем, плавали. Но и одному трудно выжить в этом крысятнике под названием жизнь, поверь мне. Даже волку. Стаей легче. Вот поправлюсь, уедем куда-нибудь в теплые края, обменяем все это "дерево" на доллары, откроем свое дело и будем грести бабки, не отходя от пляжа. А положиться я могу только на тебя.
   Гера не кривил душой - его подкупала слепая преданность парня. С большими деньгами жить опасно, а иметь под рукой такого человека, как Толян, необходимо.
   Даже если он остаток жизни проживет состоятельным бизнесменом, то такой преданный телохранитель не будет лишним.
   Эту ночь Толян провел в обнимку с автоматом на полу,