Упавшим голосом сказал Алексею:
   - Все, тормози! Эта не та машина.
   - Как не та? Других не было, - опешил Шаврин. - Может, он сменил номер?
   - Ага! - взорвался Павел. - И прицепил багажник! Другая это машина, и номер другой, и знак "шипы"! Просрали мы его!
   Шаврин остановился, все вышли из машины. Юрка закурил, а Зудов, выкинув остатки мороженого и пометавшись от бессильной злобы, пнул колесо "девятки".
   - А машина-то в чем виновата? - спросил Алексей. - Ну, мы облажались, а она-то при чем?
   Зудов послал на три буквы не только авто Шаврина, но и его самого. На это Алексей обескураженно развел руками, погладил капот машины и сочувственно переглянулся с Юрием. Таким Павла они видели крайне редко.
   - Все, с меня теперь скальп снимут, а не только погоны, - закуривая, сообщил Павел.
   Это была его идея - выследить Геру и его банду по их наводчику. Ему стоило большого труда уговорить пойти на это рисковое дело начальника ГОВД Петухова и прокурора. Те просто предлагали взять Жданова и выжать из него допросами все, что он знал. Зудов убедил, что против Жданова у них ничего нет, ни одного отпечатка пальцев, - только запах пороха из ствола. И такой бесславный конец грандиозной идеи!
   - Постойте, а что мы так рано паникуем? - сказал Шаврин. - Мы проехали от кольца всего десять километров. Куда он мог свернуть за это время?
   - На Воскресенку, - напомнил Юрий.
   - Если туда, то это все, мандец, - признался Зудов. - Там кругом дачи, деревни, выезд на Саратовскую дорогу, и хрен мы его там найдем.
   - Там дэпээсники стояли, - напомнил Астафьев. - Тридцать третье отделение, это, кажется, Покровские. Может, они его видели.
   - А это верно! - обрадовался Павел. - Хоть какой-то шанс! Поехали, пока они не сменили точку, - скомандовал он.
   О том, что гаишники еще стоят на перекрестке,