ю дырку.
   - Еханый бабай, в прошлое воскресенье только купил! - с досадой пробормотал он, как-то даже не думая о том, что такая же дырка могла быть совсем в другом месте, например в его собственном брюхе. "Тогда бы и ветровку жалеть было некому", - как-то отстранение подумал Шаврин.
   Маневр Астафьева - прыжок на соседский участок - также сопровождался выстрелами, только теперь пистолетными. Это Гера велел Толяну вывезти кровать на середину комнаты. Таким образом он контролировал окна, выходящие на участок, в руке у него был пистолет.
   - Герасимов, Жданов и все остальные! Бросайте оружие и выходите по одному!
   Дом окружен, сопротивление бесполезно! - закричал Павел.
   В ответ прозвучала автоматная очередь. С трех метров оцинкованное железо забора прошивалось как бумага, и Зудов боком прижался к угловому столбу из белого кирпича.
   - Прекратите стрельбу, это бесполезно! - продолжал он, и опять прозвучала очередь.
   - Не жги зря патроны, они нам еще пригодятся, - остановил Толяна хозяин.
   Сам он стрелял редко, расчетливо, лишь когда видел попытки забравшегося в соседний двор парня подобраться ближе к дому.
   Неожиданно взревел мотор "Нивы", она резко рванулась вперед, форсировав дачный участок, выбила пролет забора и выскочила на дорогу. Астафьев успел пару раз выстрелить, так как ближе всех находился к беглецу.
   Начало осады застало Жданова в уборной. Услышав первые выстрелы, Мишка натянул штаны, чуть приоткрыв дверь, оценил обстановку и, пригнувшись, побежал к машине. Гера просто не видел вахтера, тот попал в зону между окнами, а внимание оперативников было приковано к дому.
   - Лешка, вахтер уходит, попробуй достать его! - крикнул из своего укрытия Павел.
   Шаврин чертыхнулся, подставляться под выстрелы не стал, а покинул негостеприимный двор через соседний участок. Через минуту