тельно перебрался на переднее сиденье и застыл, глядя на дорогу.
   Сначала Жданов ехал не разбирая дороги, вперед его гнал страх. Но постепенно он начал приходить в себя, а потом мысли потекли привычной рекой.
   "Надо выбраться отсюда и взять направление на юг. У меня с собой восемьдесят тысяч, еще тысяч шестьдесят я выручу, если продам машину. На эти деньги можно будет купить новый паспорт, там, слышал, это дешево и не проблема.
   Переберусь потом куда-нибудь на Украину и заживу как хочу. Сорвалось в этот раз - получится в другой".
   Его захлестнула дикая злоба: он вспомнил сумку с деньгами, оставленную на даче.
   "Ч-черт, и чего я взял только восемьдесят кусков?! Надо было забирать все и делать ноги!"
   Он невольно покосился на заднее сиденье, там лежала собранная двустволка.
   Выйдя тогда во двор, он все же решился попробовать перестрелять своих ненужных уже компаньонов и даже собрал ружье. Ну а дальше все завертелось как в каком-то гангстерском боевике, вопреки его воле и расчетам.
   "Ничего! - подбадривал себя Жданов. - Все, что ни делается, к лучшему.
   Меня либо эти козлы пристрелили бы - этот заика волком смотрел, либо менты. А так я живой и невредимый, на колесах и с деньгами".
   Вскоре он сориентировался на местности и, выбравшись на шоссе, повернул на юг, далекий и спасительный. Но буквально через пять минут его начала догонять темно-зеленая "девятка". Приблизившись, она не обгоняла белую "Ниву", но и не отставала. Михаила это удивило, он попробовал прибавить скорость, но "девятка" не отставала. Весь ужас в том, что он не видел за темными стеклами, кто сидит за рулем и сколько там человек вообще. Но, присмотревшись к номеру,машины, Михаил понял, что не раз видел ее в Кривове. Зрительная память не могла его обмануть.
   "Менты!" мелькнула паническая мысль, но он ее в себе погасил