Может, они приехали вместе, специально так далеко и завез, чтобы подольше не нашли:
   - А Водягина? - парировал доводы Юрия Шалимов. - Водягина его тоже знала?
   Столичная штучка приехала на родину впервые за пять лет, к тому же не из Кривова, а из Железногорска.
   - Да, это вряд ли, - вынужден был согласиться Астафьев.
   - Вот то-то!
   Колодников безнадежно махнул рукой, затем отобрал у лейтенанта коробочку со скрепками и спрятал в ящик стола.
   - Ладно, главное, что ни Петухов, ни областное начальство не хочет поднимать шум, и с этим делом придется кувыркаться нам одним.
   - А жаль, - качнул головой Шалимов. - Нам бы сейчас специализированную опергруппу из Москвы. У них возможностей побольше.
   - Ага, и опять работать мальчиками на побегуш-ках? хмыкнул Колодников.
   - Ну, не слишком-то ты убегался, - засмеялся Шалимов. - Кстати, ребята работали хорошо, правда ведь?
   - Ну, правда-правда! - признал Колодников, возбужденно сорвался с места, и, пробежавшись по узкому проходу, снова уселся на стул и обратился к Шалимову:
   - Ты, насколько я помню, ездил на лекции прокурора, этого, который Чикатило взял?
   - Ну, было дело, - настороженно признался Сергей. - И что?
   - Вот тебе и карты в руки, давай дерзай.
   Шалимов хмыкнул:
   - Я тебе что, психолог? А там ведь все было на психологии замешено.
   Трудное детство, комплекс неполноценности. Что нам теперь, бросать все и выяснять, у кого из кривовцев было трудное детство? У нас у всех было трудное детство, но это не значит, что все жители потенциальные маньяки.
   - Это все, что ты запомнил? - ехидно улыбнулся Андрей.
   - Почему все, - обиделся Шалимов. - Много чего еще помню. Например, все эти маньяки очень общительные и обаятельные люди. Легко входят в доверие, с первого взгляда их ни за что не отличишь от нормальных