него замуж,
  оставалось решить только одно: как добиться Миллера - тем, что не спать с
  ним, или наоборот. Заметив, что ему, если захочется, ничего не стоит
  положить на вторую половину матраса любую другую девушку, Зиги решила
  переехать к Петеру и облегчить ему жизнь настолько, чтобы он захотел на ней
  жениться. К концу ноября они уже полгода жили вместе.
   Даже почти не привыкший к дому Миллер вынужден был признать, что она
  хорошо управляется с хозяйством и занимается любовью со здоровым, энергичным
  наслаждением. Зиги никогда не говорила о замужестве прямо, но частенько на
  него намекала. Миллер притворялся, будто не замечает. Прогуливаясь под
  солнцем по берегу озера Альстер, она вдруг заговаривала с каким-нибудь
  малышом под благосклонными взглядами мам.
   - Петер, посмотри, какая прелесть, - вздыхала она.
   - Ага, очаровательно, - бормотал Миллер.
   После этого она по целому часу не разговаривала с ним, потому что он не
  пожелал понять намек. Но вместе они были счастливы, особенно Миллер,
  которого все преимущества жизни с женщиной, все очарование любви без брака,
  устраивали как нельзя лучше.
   Выпив полчашки кофе, он скользнул под одеяло и обнял Зиги сзади, прошелся
  рукой по ее телу, зная, что от этого она проснется. Через пару минут Зиги
  застонала от удовольствия и перевернулась на спину. Миллер нагнул голову и
  поцеловал Зиги в грудь. Все еще не пробуждаясь, она несколько раз вздохнула
  и