ал
  дальше.
   Около полуночи Петер отложил дневник и сварил еще кофе. Потом подошел к
  окну, выглянул на улицу... Яркая неоновая реклама кафе "Шери" освещала
  Штайндамм, выхватывала из тьмы проститутку - одну из многих, что стоят на
  площади в надежде облегчить карманы какого-нибудь бизнесмена. Подцепив
  клиента, она ушла бы с ним в ближайший отель и через полчаса заработала бы
  сто марок.
   Миллер задернул шторы, допил кофе и вернулся к дневнику Саломона Таубера.
  ***
  
   Осенью 1943 года из Берлина пришел приказ выкопать тысячи трупов из могил
  в лесу и уничтожить их - сжечь или вытравить негашеной известью. Приказать
  такое было гораздо легче, чем сделать; надвигалась зима, и земля уже
  подмерзла. Рошманн целыми днями ходил мрачный, из-за хлопот с выполнением
  приказа ему было не до нас.
   Изо дня в день специально созданные бригады шли в лес с кирками и
  лопатами, изо дня в день клубился над соснами черный дым. Полуразложившиеся
  трупы горели плохо, работа шла медленно. В конце концов переключились на
  известь. Ею пересыпали тела, а весной 1944 года, когда земля размякла,
  известь сделала свое дело .
   На эти работы из гетто людей не брали. Те, кто трудился в лесу, не имели
  никакой связи с внешним миром, а жили в одном из самых ужасных лагерей -
  Саласпилсе. Потом их уморили голодом - не помогло даже то, что одни стали
  есть других...
   К весне 1944 года все или почти все трупы уничтожили