арету.
   - Выследить одного человека, - произнес он в ответ.
  
  ГЛАВА 3
  
   Пока Петер Миллер спал в объятиях Зиги в Гамбурге, огромный лайнер
  аргентинской авиакомпании развернулся над укрытыми тьмой холмами Кастилии и
  пошел на посадку в мадридском аэропорту "Барахас".
   В салоне первого класса в третьем ряду у окна сидел мужчина шестидесяти с
  лишним лет, седовласый, с подстриженными усиками.
   В архивах Интерпола хранится лишь один снимок этого человека, тогда
  сорокалетнего, с коротко подстриженной шевелюрой, расчесанной слева на
  прямой, словно по линейке, пробор; тонкие губы еще не скрывали усики. Но и
  те немногие, кто видел фотографию, вряд ли узнали бы мужчину в самолете - он
  облысел, а остатки волос зачесал назад, без пробора. Фото в паспорте
  соответствовало его новой внешности.
   Паспорт был выдан сеньору Рикардо Суэртесу, гражданину Аргентины. Уже
  само это имя бросало миру вызов. Ведь "suerte" по-испански означает
  "счастье", а "счастье" по-немецки "Gluck". Подлинное имя пассажира было
  Рихард Глюкс. В прошлом он был генералом СС, руководил Главным отделом
  имперской экономической администрации, занимал должность Верховного
  инспектора концентрационных лагерей. В израильских и западногерманских
  списках разыскивающихся военных преступников его имя стояло третьим после
  Мартина Бормана и бывшего шефа гестапо Генриха Мюллера, выше даже Йозефа
  Менгеле, "доктора-дьявола"